В небольшой трехкомнатной квартире на окраине Екатеринбурга пахло свежесваренным борщом и домашними котлетами. Анна, тридцатилетняя женщина с короткими каштановыми волосами, накрывала на стол. За окном октябрьский вечер окутывал двор серыми сумерками, фонари уже зажглись, а с детской площадки доносились последние крики играющих детей. Анна поправила фартук и крикнула в сторону детской:
— Лиза, ужин готов! Мой руки и приходи.
Дверь детской отворилась, и десятилетняя Лиза выскочила в коридор. Ее светлые косички подпрыгивали, а на щеках алели пятна от недавнего смеха — девочка смотрела смешные видео на планшете. Лиза бросила взгляд на стол, где уже стояли тарелки с дымящимся борщом и котлетами с пюре.
— Мам, пахнет суперски! — Лиза плюхнулась на стул и схватила ложку.
— Не торопись, подожди папу, — мягко остановила Анна, разливая компот по стаканам.
Алексей, муж Анны, вышел из спальни, потирая шею. Высокий, с короткой стрижкой и усталыми глазами, он только что вернулся с работы в автосервисе. Октябрьская слякоть оставила следы на его джинсах, а под ногтями чернела въевшаяся грязь — смена выдалась тяжелой.
Анна и Алексей были женаты уже пять лет. Он принял Лизу, дочь Анны от первого брака, как родную, хотя временами чувствовалась тонкая грань, отделяющая их от настоящего отцовства. Но в быту они были семьей — пусть и не идеальной.
— Как день? — спросила Анна, ставя перед мужем тарелку.
— Как обычно, — буркнул Алексей, потянувшись за хлебом. — Клиенты орут, начальник орет, а я между ними. У вас как?
— Лиза сегодня пятерку по литературе получила, — гордо ответила Анна, глядя на дочь. — Стихотворение наизусть рассказала, учительница хвалила.
Лиза смущенно улыбнулась, ковыряя пюре. Семья начала ужинать в привычной тишине, изредка обмениваясь фразами о школе, работе и погоде. Анна думала о том, что завтра нужно купить Лизе новый рюкзак — старый уже порвался на лямке.
Звонок в дверь прервал их беседу. Резкий, настойчивый — три долгих сигнала. Анна нахмурилась:
— Кто это в восемь вечера?
Алексей вытер руки о салфетку и пошел открывать. Из прихожей донесся громкий женский голос:
— Лешенька, сынок, наконец-то! Помоги с сумками, я еле дотащила.
Анна напряглась. Людмила Ивановна, свекровь. Ее визиты всегда были как снег на голову — без предупреждения и с кучей требований. Анна быстро взглянула на Лизу, которая уже настороженно смотрела в сторону прихожей.
— Лиза, доедай, — тихо сказала Анна, начиная убирать лишние тарелки.
Людмила Ивановна вошла в кухню с видом генерала, осматривающего поле боя. Седые волосы уложены в аккуратный пучок, на шее шелковый платок, а в руках сумочка, явно купленная на распродаже, но выглядевшая дорого. За ней плелся Алексей с двумя огромными сумками.
— Здравствуйте, — холодно произнесла свекровь, окидывая взглядом кухню. — Лиза, поздоровайся с бабушкой.
Лиза нехотя встала и пробормотала:
— Здравствуйте, Людмила Ивановна.
— Людмила Ивановна? — свекровь прищурилась. — Я тебе бабушка, а не Людмила Ивановна. Хотя, — она многозначительно посмотрела на Анну, — понятно, кто тебя так воспитывает.
Анна стиснула зубы, продолжая мыть тарелку. Алексей молчал, ставя сумки у стены.
— Мам, садись, поешь, — предложил он, придвигая стул.
— Сяду, конечно, — Людмила Ивановна опустилась на стул с видом королевы. — Только надеюсь, еда свежая. Я разогретое не ем.
Анна подавила вздох и повернулась к плите. В холодильнике оставалось немного котлет и картошки. Придется готовить заново.
— Сейчас сделаю, — коротко ответила она.
— Быстрее, я с дороги голодная, — бросила свекровь, осматривая стол. — И что за беспорядок? Крошки везде, посуда грязная. Анна, ты вообще убираешься?
— Я убираюсь, — тихо ответила Анна, нарезая овощи.
— Убираешься? — Людмила Ивановна провела пальцем по краю стола. — Посмотри, пыль! А цветы на подоконнике вянут. Дом должен блестеть.
Лиза молча доела борщ и хотела уйти, но свекровь остановила:
— Куда собралась? Сначала стол убери. Девочка должна помогать по дому, а не бегать неизвестно где.
Лиза посмотрела на мать, но Анна лишь кивнула. Девочка начала собирать тарелки, стараясь не уронить. Анна видела, как дочь напряжена, но молчала — спорить со свекровью означало разжечь конфликт.
— Леш, помоги с сумками, — скомандовала Людмила Ивановна. — Я надолго к вам.
— Надолго? — переспросила Анна, не отрываясь от плиты.
— А что, не рады? — свекровь вскинула брови. — Пожилой женщине нельзя погостить у сына?
— Конечно, мам, оставайся, — поспешил ответить Алексей. — Мы всегда рады.
Анна поставила перед свекровью тарелку с горячими котлетами. Людмила Ивановна придиралась к каждой мелочи — то соли мало, то картошка переварена. Ужин прошел в напряженной тишине, и Анна чувствовала, как внутри нарастает тревога. Это был только первый вечер.
***
Анна проснулась в шесть утра от звука передвигаемой мебели. Алексей уже ушел в автосервис, оставив жену и дочь наедине со свекровью. Анна быстро натянула халат и вышла в гостиную.
Людмила Ивановна, в строгом сером платье, энергично протирала полки. Лиза, еще сонная, сидела на диване с учебником по биологии, пытаясь подготовиться к контрольной.
— Доброе утро, — сказала Анна, стараясь звучать нейтрально.
— Доброе? — фыркнула свекровь, не отрываясь от уборки. — Это ты называешь добрым? Полки в пыли, занавески грязные. Как ты вообще живешь в таком свинарнике?
Анна проглотила резкий ответ и прошла на кухню. Лиза подняла глаза от учебника, но тут же опустила их, когда Людмила Ивановна скомандовала:
— Лиза, убери ноги с дивана! Как я пол вымою, если ты мешаешься?
Девочка поджала ноги и попыталась устроиться поудобнее, но диван был тесным, а учебник соскальзывал. Анна начала готовить завтрак — овсянку с яблоками и корицей, как любила Лиза. В доме было прохладно, и от горячей каши исходил мягкий аромат уюта. Анна сегодня не работала — у нее выходной, поэтому старалась сделать утро для дочери спокойным.
Людмила Ивановна тут же появилась на пороге кухни:
— Опять каша? Неужели нельзя что-то нормальное приготовить? В мое время женщины вставали в пять утра, чтобы мужа и детей накормить как следует.
—Лиза любит овсянку, — спокойно ответила Анна, размешивая кашу.
— Вот и балуешь её! Вечно у вас дети как хрустальные вазы — дунь, и сломаются.
— Она сегодня пишет контрольную, пусть позавтракает нормально, — мягко, но твердо сказала Анна.
— На твою бы твердость да в дело, — буркнула свекровь, но из кухни вышла.
Анна выдохнула. В комнате снова послышался скрип мебели. Лиза тем временем тихо сидела на диване, пытаясь сосредоточиться. Она знала, что бабушка может вспылить, если услышит слово поперек.
— Завтрак готов, — позвала Анна.
Девочка появилась на кухне и с удовольствием села за стол. С ложки тянулся пар. Лиза чуть улыбнулась:
— Спасибо, мам. Так вкусно пахнет.
Анна погладила дочь по голове. Но в тот же момент раздался голос Людмилы Ивановны:
— А мне каша где? Или только внучке полагается?
Анна молча достала еще одну тарелку.
После завтрака, который прошел под аккомпанемент замечаний свекрови, Лиза собралась в школу. В прихожей она долго искала свои кроссовки — Людмила Ивановна переставила их во время уборки.
— Лиза, попрощайся с бабушкой, — напомнила Анна, провожая дочь.
Девочка неловко чмокнула свекровь в щеку:
— До свидания, бабушка.
— Вот так лучше, — одобрила Людмила Ивановна. — И в школе веди себя прилично. А то знаю я вас, современных детей — одни гаджеты на уме.
Лиза выбежала из квартиры, а Анна осталась наедине со свекровью. Уборка продолжилась с удвоенной силой. Людмила Ивановна заставила Анну перемыть все окна, перестирать шторы и даже разобрать кладовку.
— Вот так нужно хозяйство вести, — поучала свекровь, указывая на пятна на стекле. — А ты, небось, и пылесос раз в месяц включаешь.
Анна не отвечала. Ее тело болело от усталости, а терпение трещало по швам. Но она сдерживалась — не ради свекрови, ради Лизы.
К вечеру Анна вымоталась. Квартира блестела, но радости это не приносило. Лиза вернулась из школы молчаливой, сразу ушла на диван с учебниками. Людмила Ивановна заняла ее комнату, разложив там свои вещи — от кремов до старых фотографий.
— Лиза, без разрешения в мою комнату не заходи, — предупредила свекровь, когда девочка хотела взять свою тетрадь.
Анна видела, как дочь сжалась, но ничего не сказала. Она все еще надеялась, что визит свекрови — временный. Но внутри уже понимала: это только начало.
***
Прошла неделя. Людмила Ивановна прочно обосновалась в квартире. Лиза спала на диване в гостиной, а ее вещи были свалены в коробки у стены. Анна старалась сохранять мир, выполняя требования свекрови, но напряжение росло.
Каждое утро начиналось с уборки. Людмила Ивановна находила пыль в самых неожиданных местах — то под диваном, то за холодильником. Анна, работавшая администратором в супермаркете, возвращалась домой уставшей, но свекровь не давала передышки.
— Лиза, полы помой, — скомандовала Людмила Ивановна однажды вечером. — Девочка должна учиться хозяйству.
— У нее завтра контрольная, — попыталась возразить Анна.
— Контрольная? — свекровь хмыкнула. — А полы сами себя помоют? В мое время дети и учились, и по дому помогали.
Лиза молча взяла тряпку и начала мыть пол. Анна видела, как девочка старается, но движения были вялыми — Лиза устала после школы и дополнительных занятий по английскому.
Алексей, вернувшись с работы, одобрительно кивнул матери:
— Молодец, мам, порядок наводишь. А то у нас тут бардак был.
— Леш, Лиза же учится, — тихо сказала Анна. — Ей нужно время на уроки.
— Уроки подождут, — отмахнулся Алексей. — Порядок в доме важнее.
Лиза закончила уборку и села за журнальный столик с учебником. Место было неудобным, тетради соскальзывали, а свет от лампы падал неровно. Анна хотела предложить дочери пересесть на кухню, но Людмила Ивановна опередила:
— Лиза, после уборки посуду помой. Нельзя лениться.
Девочка кивнула и пошла на кухню. Анна чувствовала, как внутри закипает гнев, но сдерживалась ради мира в семье. Алексей же, казалось, не замечал, как дочь теряет уверенность в себе.
Вечером, когда Лиза легла спать на диване, Анна зашла к ней, чтобы пожелать спокойной ночи. Девочка лежала, укрывшись тонким пледом, и смотрела в потолок.
— Мам, я мешаю бабушке? — тихо спросила Лиза.
— Нет, солнышко, — Анна погладила дочь по голове. — Ты никому не мешаешь.
— Но она всегда недовольна. И папа тоже…
Анна не знала, что ответить. Она обняла Лизу и пообещала себе поговорить с Алексеем. Но разговора не получалось — муж либо отмахивался, либо вставал на сторону матери.
***
Следующие дни превратились в рутину унижений. Людмила Ивановна критиковала все — от готовки Анны до оценок Лизы. Алексей поддерживал мать, игнорируя чувства жены и дочери.
Однажды вечером Лиза вернулась из школы с тройкой по математике. Она пыталась объяснить, что не успела подготовиться из-за домашних дел, но Людмила Ивановна перебила:
— Тройка? В мое время таких лентяев в угол ставили. Анна, ты вообще следишь за ее учебой?
— Следит, — тихо ответила Лиза, но свекровь оборвала:
— Молчи, когда взрослые говорят! Иди полы протри, раз учиться не хочешь.
Лиза ушла в ванную, а Анна заметила, как дочь смахнула слезу. Вечером, за ужином, Людмила Ивановна продолжила устанавливать свои правила.
— Лиза, после ужина посуду моешь, — заявила свекровь. — И не забудь мусор вынести.
— Людмила Ивановна, она же ребенок, — попробовала возразить Анна.
— Ребенок? — Людмила Ивановна вскинула брови. — В ее возрасте я уже полдома на себе держала. А твоя дочка только планшет в руках таскает.
Алексей кивнул, соглашаясь с матерью. Анна чувствовала, как внутри нарастает буря, но продолжала молчать. Она надеялась, что свекровь скоро уедет, и все вернется на свои места.
Но Людмила Ивановна не собиралась уезжать. Она объявила, что останется до весны, потому что у нее дома “ремонт у соседей, жить невозможно”. Анна поняла, что терпеть дальше нельзя, но пока не знала, как действовать.
Лиза становилась все тише. Девочка перестала делиться школьными историями, а ее улыбка пропала. Анна замечала, как дочь старается быть незаметной, чтобы не нарваться на очередное замечание.
***
Кульминация наступила в пятницу вечером. Анна приготовила ужин — пельмени, салат и компот. Лиза помогала накрывать на стол, стараясь угодить бабушке. Но Людмила Ивановна, как обычно, нашла к чему придраться.
— Пельмени переварены, — заявила свекровь, ковыряя тарелку. — Анна, ты вообще умеешь готовить?
— Мам, все нормально, — попытался успокоить Алексей.
— Нормально? — свекровь повысила голос. — Это нормально, когда ребенка не воспитывают, а еда несъедобная?
Лиза сидела на своем месте у окна, на низкой табуретке. Она тянулась к тарелке, стараясь не пролить компот. Людмила Ивановна вдруг хлопнула по столу:
— Лиза, хватит тянуться! И вообще дети едят после взрослых. Это правило в приличных семьях.
— Людмила Ивановна, она голодная, — возразила Анна.
— Голодная? — свекровь фыркнула. — Пусть привыкает к порядку. А то вырастет такой же, как ты — без дисциплины.
Алексей неожиданно поддержал мать:
— Правильно, мам. Лиза, подожди, пока мы поедим.
Лиза замерла, опустив ложку. Ее глаза наполнились слезами, но она сдержалась. Анна почувствовала, как внутри все кипит. Она хотела закричать, но сдержалась ради дочери.
Когда Лиза потянулась за хлебом, Алексей рявкнул:
— Сначала моя мама поест, а потом твоя ленивая дочка сядет жрать!
Лиза вздрогнула, как от удара. Слезы хлынули по щекам, и девочка выбежала из кухни, хлопнув дверью гостиной. Анна замерла. Слова мужа резанули, как нож. “Ленивая дочка”. Так он назвал Лизу — девочку, которую пять лет называл своей.
— Как ты смел? — голос Анны дрожал от ярости. — Как ты смел так говорить о моей дочери?
— А что я сказал? — Алексей пожал плечами. — Пусть знает свое место.
— Молодец, Леш, — одобрила Людмила Ивановна. — Пора поставить ее на место. Совсем обнаглела.
Анна встала, сжав кулаки:
— Людмила Ивановна, вы перешли все границы. Это мой дом, моя дочь. И никто не смеет ее унижать.
— Твой дом? — свекровь рассмеялась. — Квартиру Лёша покупал. Так что хозяйка тут не ты.
— Алексей, скажи что-нибудь! — Анна повернулась к мужу. — Ты слышал, как она говорит о Лизе?
Алексей отвел взгляд:
— Мам права. Лиза должна уважать старших.
Из гостиной доносились всхлипы. Лиза плакала, уткнувшись в подушку. Анна чувствовала, как сердце разрывается.
***
Анна не могла больше терпеть. Она вошла в гостиную, где Лиза лежала на диване, обнимая подушку.
— Мам, я правда ленивая? — спросила девочка, вытирая слезы.
— Нет, моя хорошая, — Анна обняла дочь. — Ты самая замечательная девочка на свете.
Лиза всхлипнула:
— Мам, а мы можем жить без них?
Анна замерла. Вопрос дочери был тем самым толчком, которого она ждала. Она вернулась на кухню, где Людмила Ивановна и Алексей продолжали ужинать.
— Людмила Ивановна, собирайте вещи, — твердо сказала Анна. — Вы уезжаете сегодня. Алексей, ты тоже.
— Что? — свекровь вскочила. — Ты меня выгоняешь?
— Да, — спокойно ответила Анна. — И не только вас. Алексей, ты сделал свой выбор.
— Ань, ты с ума сошла? — Алексей растерянно посмотрел на жену. — Куда я пойду?
— К маме, — холодно ответила Анна. — Раз она для тебя важнее семьи, живите вместе.
Людмила Ивановна побагровела:
— Квартира на Лёше! Убираться будешь ты со своей девчонкой! — резко заявила Людмила Ивановна, оглядывая кухню с прищуром.
Анна вытерла руки о полотенце и, не повышая голоса, ответила спокойно, но твердо:
—Квартира куплена на мои деньги — от продажи родительского дома. Все документы у меня на руках.
Алексей, стоявший у двери, заметно побледнел и отвёл взгляд. Людмила Ивановна замерла, приоткрыв рот, будто хотела что-то возразить, но слов не нашлось.
— И ещё, — продолжила Анна, всё так же спокойно, — мы с Алексеем не расписаны. Так что с юридической точки зрения… ты, Лёша, в этой квартире — просто гость.
В комнате повисла тишина. Свекровь медленно опустилась на стул, будто воздух вышел из неё.
Анна развернулась к плите и продолжила заниматься своими делами, как будто ничего особенного не сказала. Но в её движениях чувствовалась решимость — впервые за долгое время.
— Не расписаны? — свекровь повернулась к сыну. — Ты сказал, что женился!
Алексей молчал, опустив голову. Анна продолжала:
— Забирайте свои вещи. Телевизор, микроволновку — все, что покупали. Нам с Лизой это не нужно.
Сборы заняли час. Людмила Ивановна демонстративно складывала вещи, бросая на Анну злобные взгляды. Алексей молчал, собирая свою одежду. Лиза помогала матери выносить коробки в коридор, стараясь не смотреть на бабушку.
— Пожалеешь! — бросила свекровь напоследок. — Одна с ребенком не справишься!
— Справлюсь, — ответила Анна. — Лучше одной, чем с вами.
Дверь захлопнулась. Анна повернула ключ и прислонилась к стене. Лиза подошла и обняла мать.
— Мам, ты молодец, — прошептала девочка.
***
Утро началось тихо. Анна проснулась от шума дождя за окном. Лиза уже вернулась в свою комнату, расставляя книги на полке. Квартира казалась просторнее без вещей Алексея и Людмилы Ивановны.
Анна приготовила завтрак — блинчики с вареньем, которые Лиза обожала. Девочка вошла на кухню с улыбкой, которой не было уже давно.
— Мам, можно я сегодня в кружок рисования пойду? — спросила Лиза, намазывая блин вареньем.
— Конечно, — ответила Анна. — И рюкзак новый купим. Какой хочешь?
— Розовый! — Лиза просияла.
После завтрака они начали переставлять мебель. Лиза настояла, чтобы ее письменный стол вернули к окну — там лучше свет. Анна смотрела на дочь и чувствовала, как сердце наполняется теплом.
Жить на одну зарплату будет непросто. Но Анна знала, что справится. Она уже справлялась раньше, до Алексея. А теперь у нее была Лиза — главная причина бороться.
— Мам, а мы теперь вдвоем навсегда? — спросила Лиза, помогая вешать новые шторы.
— Вдвоем, — улыбнулась Анна. — И это лучшая компания.
Квартира снова стала их домом. Без критики, без унижений. Анна поняла, что семья — это не те, кто живет под одной крышей. Семья — это те, кто защищает друг друга. А ради Лизы она была готова на все.