У Ирины был план. Простой, как детская мечта: отпуск с мужем у моря. Виктор обещал — в этом году точно едем. Билеты куплены, отель забронирован, чемоданы почти собраны… — Ир, извини, — Виктор смотрел в телефон, не поднимая глаз. — На работе аврал. Отменяется всё. Сердце кольнуло. Но не от неожиданности — от привычного разочарования. … Read more
Десятый день без Артема. Воздух в доме стал неподвижным, густым, будто состоял из тишины и пылинок, застывших в лучах осеннего солнца. Сын, Дмитрий, занял место отца во главе стола, и в его осанке, в каждом жесте уже читалась новая, непривычная ответственность. — Мама, пожалуйста, не переживай так. Мы с Олей всегда буд рядом. Мы не … Read more
1950 год. Солнечный луч, пыльный и ленивый, пробивался сквозь занавеску, освещая лицо отца. Его взгляд был суров и непреклонен, а голос низок и густ, как осенний туман. – Дурьи мысли это все, понимаешь? Ежели мужик уму-разуму бабу учит, то знамо, за дело. А муж твой уважаемый человек, героем вернулся в сорок пятом, не наговаривай на … Read more
Вечернее пламя в печи уже угасало, оставляя после себя лишь багровые угли, дарящие тепло маленькой, но уютной деревенской избе. Воздух был густым и наваристым, пахнущим дымом и щами, что уже несколько часов томились в чугунке. Хозяйка, женщина с усталыми, но добрыми глазами, по имени Маргарита, накинула на руку старую, протертую до дыр тряпицу и, приоткрыв … Read more
Лера стояла у мольберта, но взгляд ее был устремлен в окно, за которым кипела бесконечная городская жизнь. Она училась на художественном, и вся ее сущность жаждала творчества, но каменные джунгли, казалось, высасывали из нее вдохновение, оставляя лишь легкую, почти неуловимую печаль в глубине ее глаз. Ей было двадцать пять, и позади остался рубеж, отделивший одну … Read more
Лера стояла у мольберта, но взгляд ее был устремлен в окно, за которым кипела бесконечная городская жизнь. Она училась на художественном, и вся ее сущность жаждала творчества, но каменные джунгли, казалось, высасывали из нее вдохновение, оставляя лишь легкую, почти неуловимую печаль в глубине ее глаз. Ей было двадцать пять, и позади остался рубеж, отделивший одну … Read more
Светлана посмотрела на часы на телефоне — половина второго ночи. Дмитрий уже спал, раскинув руки поверх одеяла. Завтра снова рано вставать, снова работа, снова вечер в этой тесной однушке. Год назад они въехали сюда с надеждой, что это временно. Всего на полгода, максимум девять месяцев. Но время шло, а квартира как будто прилипла к ним. … Read more
Я стояла на холодном граните ступеней, а пронзительный ветер свистел в ушах, пытаясь сорвать с головы фату, сплетенную из отчаяния. Передо мной возвышались массивные дубовые двери, казавшиеся вратами в иной, чужой и безрадостный мир. Мое подвенечное платье было цвета ночи, и этот цвет идеально отражал состояние моей души. Болезнь самого родного человека, горы обязательств, нависшие … Read more
Холодный осенний ветер 1945 года свистел за углом старого, почерневшего от времени дома, забираясь под поношенный платок и тоненький сарафанчик. Двенадцатилетняя девочка, прижавшись спиной к шершавым, еще хранящим дневное тепло бревнам, сидела на обрубке дерева и гладила на своих коленях худенького, лохматого котенка пепельного цвета. Его мурлыканье было единственным мягким звуком в этом суровом мире, … Read more
Ее нарекали так с самых малых лет, с того самого времени, когда мир казался безграничным и полным чудес. Несмотря на городские улицы за окном, асфальт под ногами и блики фонарей в вечерних лужах, мать и бабушка неизменно обращались к ней этим простым, почти что домашним именем. Она пыталась протестовать, с вызовом представляясь новым знакомым своим … Read more