Конечно, вот продолжение, раскрывающее тайну Леона и завершающее историю с достойным финалом.

***

Я уже смотрела на часы, мысленно планируя, как сбегу через кухню, когда за спиной услышала спокойный мужской голос, низкий и уверенный:
— Подыграй мне. Сделай вид, что ты пришла со мной. Обещаю, твоя сестра быстро пожалеет о каждом слове.
Я обернулась — и увидела мужчину, от которого буквально перехватило дыхание. Высокий, ухоженный, в идеальном костюме, который сидел на нём так, будто его сшили прямо на нём. Глубокие карие глаза смотрели с умной насмешкой, а легкая седина на висках придавала ему вид человека, который знает себе цену.
— Леон, — представился он с лёгкой, ободряющей улыбкой. — Двоюродный брат жениха.
Не спрашивая разрешения, но делая это максимально уважительно, он придвинул стул и сел рядом, положив руку на спинку моего кресла в непринуждённом, но однозначно собственническом жесте. Зал отреагировал мгновенно — шёпот пополз от стола к столу, как лесной пожар.
Сестра, стоявшая у бара с бокалом шампанского, резко замерла. Её идеальная, заученная улыбка потрескалась, а взгляд стал странным — смесью шока, зависти и неподдельного страха.

Леон не стал ждать. Он ловко подозвал официанта.
— Этот стол слишком шумный и неудачно расположен, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Мы пересядем. Принесите, пожалуйста, вино из моего запаса, которое я оставил у сомелье. Бутылку «Petrus» 1990 года.

Имя вина прозвучало как заклинание. Даже я, не особый знаток, поняла по ахнувшим гостям за соседними столами, что речь идёт о чём-то запредельном. Нас переселили за центральный стол, прямо рядом с местом молодожёнов. Мира наблюдала за этим, бессильно сжимая свой бокал так, что пальцы её побелели.

Весь оставшийся вечер Леон вел себя безупречно. Он не отпускал мою руку, внимательно слушал мои (внезапно ставшие остроумными) реплики, смеялся моим шуткам и с лёгкой, изящной насмешкой парировал любые попытки Миры уколоть меня.
— О, твоя сестра говорила, что ты слишком избирательна? — говорил он, глядя на Миру прямо в глаза. — Мудрость. Гораздо лучше, чем выйти за первого попавшегося и всю жизнь притворяться счастливой на чужих свадьбах.

Когда тётушка снова завела свою шарманку про детей, Леон мягко вмешался:
— Дети — это благословение, но лишь когда они рождаются в семье, построенной на уважении, а не на социальном давлении. Не правда ли?

Его авторитет был настолько непререкаем, что все кивали, а тётушка умолкла, смущённо хлопая ресницами.

Казалось, весь зал теперь смотрел только на нас. Шёпот становился всё громче: «Кто она?», «Он Леон Кассиди!», «Она с Леоном Кассиди!».

И только ближе к концу вечера, когда Леон отошел поговорить с женихом, ко мне подошла заплаканная мама и, обняв, прошептала:
— Дочка, я так счастлива за тебя! Почему ты скрывала, что встречаешься с самим Леоном Кассиди?

И тут до меня наконец дошло. Леон Кассиди. Тот самый Леон Кассиди. Владелец одной из самых успешных венчурных компаний в стране, человек, фото которого мелькало в Forbes и которого моя же сестра Мира в своё время пыталась зацепить, отправив ему настойчивое резюме и получив вежливый, но твёрдый отказ от его секретаря.

Вернувшись, Леон увидел моё понимающее лицо и тихо рассмеялся.
— Ну что, тайна раскрыта? — спросил он.
— Почему? — спросила я. — Зачем тебе всё это?
— Во-первых, я ненавижу хулиганство, — ответил он, его взгляд на мгновение стал серьёзным. — А то, что устраивала твоя сестра — самое настоящее эмоциональное хулиганство. А во-вторых… — он взял мою руку и посмотрел на меня с искренним интересом, — …когда я вошёл, я увидел самую красивую и самую одинокую женщину в этом зале. И подумал, что это несправедливо.

В тот вечер я уехала не с кухни, а через парадный выход, под руку с человеком, чьё одно имя заставило замолчать всех моих обидчиков. А на следующее утро мой телефон взорвался сообщениями от «внезапно вспомнивших» о моём существовании родственников.

Но самое главное сообщение пришло от Леона: «Завтрак? Без притворства.»

Мира же позже звонила, пытаясь что-то лепетать о примирении и «семейных связях», но я просто улыбнулась. Её план выставить меня неудачницей обернулся против неё с лихвой. Она хотела унизить меня, посадив в дальний угол, но в итоге именно оттуда я нашла самого ценного гостя на её свадьбе. Ирония судьбы иногда бывает прекрасна.