Вор в законе, забросавший гранатами немецкий дзот. Как зэк Николай Кульба стал Героем СССР, потерял награду из-за ошибки в отчестве и снова сел за решетку.
«Звезда» для вора: Как Николай Кульба стал Героем и снова сел за решетку
В 1958 году в военкомат Кемеровской области пришёл казённый пакет. Внутри лежали орден Ленина с медалью «Золотая Звезда» и бумага, предписывающая найти некоего гвардии сержанта Кульбу Н. Ф. Ему пятнадцать лет назад присвоили звание Героя, но так и не вручили.
Военкомат справился быстро. Кульбу нашли за пару дней. Он отбывал десятилетний срок, имел четвертую судимость подряд. О вручении «Звезды» больше речи не шло.
Эта история — о человеке, чья судьба была предопределена с детства. Колька Кульба вырос в посёлке станции Юрга, где за каждым забором маячила лагерная вышка . Единственная школа, мать-одиночка с шестью детьми и дурная компания за каждым углом. К семнадцати годам он уже получил срок за хранение оружия. А перед самой войной ему намотали десять лет за вооружённый разбой .
В зоне парень быстро поднялся в блатной иерархии и, по ряду свидетельств, был коронован. А потом пришла война.
Гвардии сержант Николай Кульба. Снайпер, командир, Герой — и рецидивист, лишённый всех наград.
Детство у вышки: Станция Юрга и первая судимость
Станция Юрга стояла на Транссибе, в ста десяти километрах от Кемерова. В тридцатые годы здесь, как и по всей Западной Сибири, выросли зоны Сиблага . Отсидевшие срок частенько оставались жить поблизости, а работу давал тот же лагерь, только теперь по вольному найму.
В этом посёлке, пропахшем мазутом и хлоркой, росла семья Кульбов. Мальчишке по имени Колька компания подвернулась очень скоро. В семнадцать лет его забрали за хранение огнестрелки. Дали год — по тогдашним меркам сущий пустяк . Он вышел, собрал ватагу таких же отчаянных и занялся вооружёнными налётами на торговые точки.
Школьное образование и работа комбайнёром мало что значили в посёлке, где авторитет мерился дерзостью. Перед самым началом войны ему намотали десятку за вооружённый разбой в составе банды .
От зоны до гвардии: Как уголовник стал снайпером
Летом 1942 года Кульба подал рапорт с просьбой направить на фронт для искупления вины . Такие рапорты тысячами ложились на столы лагерного начальства. По подсчётам, за военные годы из лагерей и тюрем на передовую отправили больше миллиона двухсот тысяч человек .
Кульба попал в их число. Но то, что произошло потом, иначе как шуткой судьбы не назовёшь. Уголовник с десяткой за разбой угодил, минуя штрафную роту, прямиком в гвардейскую элиту — 146-й гвардейский стрелковый полк на Воронежском фронте .
Как это вышло? Полагают, что помогла путаница в бумагах. Добровольца записали Фёдоровичем, хотя по метрике он был Филипповичем . Ошибка, которая потом отнимет у него «Звезду», поначалу его спасла.
Седьмого января 1943 года Кульбу поставили снайпером. И тут оказалось, что воровские повадки — терпение, ледяное спокойствие и привычка подолгу караулить в засаде — для снайперского ремесла словно созданы.
Варлам Шаламов, прошедший через колымские лагеря, позднее писал:
«Из уркаганов выходили лихие разведчики, смелые партизаны. Природная склонность к риску, решительность и наглость делали из них ценных солдат» .
За три апрельских недели 1943 года Кульба положил двадцать девять немцев . Командование заметило снайпера. Его наградили орденом Красной Звезды, а по ходатайству командования сняли судимость . Как раз тогда Президиум Верховного Совета разрешил гасить судимости тем, кто «проявил себя стойким защитником Родины». Бывший коронованный вор стал гвардии сержантом и по бумагам выглядел чище воды.
Гранаты для дзота: Подвиг на Днепре
Осенью 1943 года дивизия Кульбы форсировала Днепр. Бои на правом берегу шли жестокие. В одном из них Кульба возглавил целый батальон: были ранены комбат и старший адъютант. Сержант повёл людей в атаку, обходным манёвром выбил вдвое превосходящего противника и взял высоту .
А 27 октября, в бою за хутор Жовтнево, Кульба пополз к дзоту с гранатной сумкой . Ефим Гольбрайх, воевавший в те же годы, вспоминал: «Место выбывшего командира занимал зэк, и из него получался далеко не худший начальник, потому что желание реабилитироваться было огромное».
Кульба не просто желал реабилитироваться — он, кажется, искренне пытался стать другим человеком. По нему садили длинной очередью, его тяжело ранило, но он продолжал ползти. Сблизившись с дзотом, забросал его гранатами. Пулемёт замолк, пехота двинулась вперёд .
В декабре 1943 года Москва подписала указ о присвоении Кульбе высшего воинского отличия . Он вошёл в первую четвёрку бойцов дивизии, удостоенных этого звания.
Только вот самого награждённого в расположении части уже не было: после ранения его увезли в тыловой госпиталь, а в наградных бумагах по-прежнему стояло отчество Фёдорович . Когда военкомат попытался отыскать героя, человека с таким именем в списках не значилось. А Кульба, настоящий, Филиппович, лежал на койке, понятия не имея о собственном геройстве.
Бои на Днепре. Именно здесь, под хутором Жовтнево, Кульба совершил свой подвиг, забросав гранатами вражеский дзот.
Возвращение: «Сучья война» и потеря «Звезды»
Война кончилась. И Шаламов описал то, что произошло дальше: «Герои-уркачи демобилизовались и вернулись к мирным занятиям. Вскоре советские суды встретились со старыми знакомыми» .
Кульба продержался на воле недолго. В 1947 году его повязали за кражу и дали пять лет лагерей плюс пять лет высылки . Гвардейский орден и плацдарм на Днепре — всё это осталось где-то далеко позади.
На воле же фарт означал прежнее: обнести ларёк, обчистить карманы, уйти от патруля. Война выжгла из Кульбы чувство самосохранения, но привычку жить вне закона выжечь не смогла.
Послевоенные лагеря захлестнула волна кровавых разборок, которую окрестили «сучьей войной» . На одной стороне стояли «воры» старого толка, на другой — фронтовики-уголовники, вернувшиеся с фронта.
По воровскому закону, вор не должен брать в руки винтовку для защиты государства. Это считалось сотрудничеством с властями, «ссучиванием». Шаламов описывал это так:
«Ты был на войне? Ты взял в руки винтовку? Значит, ты — сука, самая настоящая сука и подлежишь наказанию по “закону”» .
Кульба, до войны коронованный, а после войны фронтовик с орденом, оказался между двух огней.
В 1955 году, едва отбыв срок, он снова попал за решётку: хулиганство и насилие, дали десять лет . И вот тут-то, в 1958 году, военкомат наконец разобрался с отчеством и нашёл Героя. Нашёл его за колючей проволокой.
Вручать медаль человеку с четвёртой судимостью никто не стал. 1 июля 1959 года Президиум Верховного Совета поставил точку: звание снято, ордена аннулированы . Кульба полтора десятка лет числился Героем, не зная об этом, а узнав, не успел даже толком осознать новость, как его этого звания лишили.
Чему нас учит эта история?
История Николая Кульбы — это не чёрно-белая история про героя или злодея. Это история о том, как война перекраивает людей, но не всегда меняет их суть.
Война даёт шанс. Для Кульбы фронт стал возможностью искупить вину, стать другим человеком. Он ею воспользовался — и стал Героем.
Система не прощает. Ошибка в отчестве лишила его награды. А послевоенные судимости — самого звания.
Преступный мир не принимает «своих» обратно. Для «воров в законе» Кульба навсегда остался «сукой», предавшим закон, даже несмотря на его героизм.
Заключение
Николай Кульба умер около 1980 года при невыясненных обстоятельствах. То ли несчастный случай, то ли тёмная разборка, то ли просто устал от этой жизни . Ни одна из версий не подтверждена, ни одна не опровергнута.
Война дала Кольке Кульбе шанс, которого у него никогда не было на станции Юрга, между лагерными вышками и единственной школой. На фронте вор стал снайпером и командиром, а командир стал Героем. Потом мирная жизнь забрала обратно всё, что дала война.
Как говаривали в тех самых лагерях: от тюрьмы да от сумы не зарекайся.
Как вы думаете: был ли Кульба достоин «Золотой Звезды» или его повторные преступления перечеркнули подвиг? Пишите в комментариях!
Хотите узнать о других героях с тёмным прошлым? Прочитайте нашу статью о том, как воевали уголовники на фронтах Великой Отечественной.